В конце восьмидесятых в Москве ещё пахло бензином от старых Волг и свежей краской в только что отремонтированных общежитий. Именно туда, в Институт Дружбы народов, приехала из Обнинска восемнадцатилетняя Ася Рыбакова. Девушка из детского дома, привыкшая рассчитывать только на себя, сразу взялась за учёбу так, будто от красного диплома зависела вся её будущая жизнь. И, наверное, так и было.
В том же общежитии жил Максуд, студент из далёкой арабской провинции Джанзур. Высокий, спокойный, с мягкой улыбкой и удивительно правильным русским языком. Он приехал учиться на инженера, но больше всего любил гулять по заснеженной Москве и фотографировать всё подряд старым Зенитом.
Однажды зимним вечером Максуд столкнулся с Асей в коридоре общежития. Она несла тяжёлые учебники, один упал, он поднял. Слово за слово, и через неделю они уже вместе пили чай в её комнате, потому что у Максуда чайник был сломан. Ася смеялась, что никогда не думала, что будет дружить с человеком, который носит белоснежную дисhdашу даже в минус двадцать.
Постепенно к их компании присоединился Андрей Куницын, сын важного дипломата. Весёлый, шумный, с вечными анекдотами и способностью достать билеты куда угодно. Троица стала неразлучной: ходили в кино на последние индийские фильмы, катались на катке в Парке Горького и спорили до хрипоты о том, какая музыка лучше, Алла Пугачёва или Майкл Джексон.
Но настоящая история началась, когда Максуд получил письмо из дома. Его лучший друг детства Умар, законный наследник шейха Джанзура, собирался приехать в Москву на несколько месяцев. Умар был совсем другим: гордый, привыкший к роскоши, с целой свитой телохранителей. Когда он впервые увидел Асю, что-то в нём дрогнуло. Девушка с ясными глазами и твёрдым характером совсем не походила на тех, кого он знал раньше.
Умар начал искать поводов быть рядом. Приглашал в лучшие рестораны, дарил цветы целыми корзинами, предлагал полететь на выходные в Ленинград на частном самолёте. Ася отказывалась. Ей было неловко, страшно и совсем непонятно, зачем она вообще нужна человеку, у которого всё есть.
Максуд смотрел на это со стороны и молчал. Он давно понял, что любит Асю. Не громко, не ярко, а тихо и глубоко, как любят те, кто знает цену настоящему. Но как сказать об этом, когда рядом друг детства, почти брат, который впервые в жизни по-настоящему влюбился?
Ася тоже запуталась. Умар был как сказка, которую показывают по телевизору перед Новым годом, красивой, но чужой. А Максуд был настоящим. С ним можно было сидеть на подоконнике до утра, есть пельмени из одной вилкой и говорить о том, как страшно остаться одной навсегда.
Весна восемьдесят девятого выдалась ранней. Снег таял, в воздухе пахло тополиным пухом. Умар должен был уезжать через месяц, и он поставил вопрос ребром: поедет ли Ася с ним хотя бы в гости, познакомиться с семьёй. Для него это значило всё. Для Аси это значило прощаться с собой прежней.
В тот вечер она долго гуляла по Воробьёвым горам одна. Москва светилась внизу миллионами окон, и казалось, что весь город шепчет: выбирай сердцем. На следующий день Ася пришла к Максуду и просто сказала: я остаюсь. Не потому что должна, а потому что хочу.
Умар улетел один. Говорят, долго не женился потом, всё искал в других женщинах те самые ясные глаза. А Ася и Максуд поженились через два года, тихо, без пышных торжеств. Он остался в России, она закончила институт с красным дипломом.
Иногда, когда их дети спрашивают, как познакомились папа с мамой, Ася улыбается и говорит: однажды я уронила учебник по физике, а ваш папа его поднял. И всё. Остальное уже не так важно.
А в старом альбоме до сих пор лежит фотография: трое молодых людей на фоне заснеженной Москвы. Все улыбаются, и никто ещё не знает, чем закончится эта история. Но закончится она счастливо. Как и положено историям про настоящую любовь.
Читать далее...
Всего отзывов
7